Восточно-Бейский разрез: от века я не отстаю

о работе разреза и лайфхак по продлению срока работы крупно-габаритных шин
Заполняя эту форму вы соглашаетесь с Политикой обработки персональных данных
TYREMAN GROUP
На обочине дороге всё чаще появляются чёрные вкрапления и вспыхивают весёлые искорки — маленькие кусочки угля. Мы с фотографом радуемся своей удачливости: надо же, какой солнечный выдался день, отличные снимки получатся!

Юрий Андреев, заместитель исполнительного директора по производству ООО «Восточно-Бейский разрез», только улыбается: ничего удивительного, мы ведь на юге Сибири, в Хакасии.


На производстве побывала Анна Кучумова
Фото: Евгений Ошкин

Добывающая промышленность

выпуск №3 (15) 2019
В подготовке статьи помогали:
Выпускник факультета «Открытые горные работы» СФУ, горный инженер с 12-летним опытом работы на ВБР. Начинал свою карьеру с должности мастера участка добычи угля, последние 5 лет занимает пост заместителя исполнительного директора по производству
Юрий Андреев
Заместитель исполнительного директора по производству, ООО "Восточно-Бейский разрез"
Выпускник факультета «Открытые горные работы» СФУ, горный инженер с 10-летним опытом работы. 5 лет работает на ВБР, начинал с должности горного мастера, сегодня является начальником участка горных работ
Руслан Мухамедяров
Начальник участка горных работ, ООО "Восточно-Бейский разрез"
От ближайшего населённого пункта — хакасского села Кирба до угольного разреза нужно проехать ещё несколько километров. Кирба по-настоящему крошечная: дома всё больше одноэтажные, да и их немного.

Зная, что ВБР намерен выйти на добычу 4 млн тонн угля в год, мы удивляемся, как в таком маленьком посёлке удалось разместить необходимое количество специалистов. Оказывается, что мы здорово не рассчитали масштабов работ разреза и компании СУЭК в целом.

«В этом году количество наших сотрудников дойдет до 520 человек. Персонал устраивается со всей Хакасии: Бейский, Саяногорский районы, Абакан, Черногорск, ближайшие посёлки. Да, скажем, от Черногорска до нас почти 90 км, но специалистов привозит и увозит служебный транспорт»
— объясняет Юрий Геннадиевич.
Подтверждённые запасы угля на ВБР более 125 млн тонн.
Если добывать по 4 млн тонн, как планируют специалисты компании, хватит ещё на 30 лет.
Спасибо Матери-Природе
Первым делом мы окинули взглядом разрез целиком — со смотровой площадки. ООО «Восточно–Бейский разрез» за почти 20 лет своего существования прочно зарекомендовал себя как один из лучших угольных разрезов в Хакасии, в период 2012-2018 годов он активно наращивает объёмы производства: с 2,8 млн т/год до
3,5 млн. т/год.

Протяжённость фронта — 3,5 км, хотя по этому параметру не получится объективно оценить масштабы производства: многое зависит от условий залегания чёрного алмаза.
«Спасибо Матери-Природе — уголь у нас достаточно высокого качества. Что касается горно-геологических условий, то, с некоторыми оговорками, можно сказать, что нам повезло. Да, есть у нас свои узкие места, но мы уже научились с этим работать. Это касается, например, угольных пластов мощностью от 1 до 11 м.

Оборудование у нас производительное, минимальная ёмкость ковша — 7 кубических метров, максимальная 22 кубометра. Так что добыча метрового пласта — это особое мастерство машиниста, ведь необходимо соблюдение качественных характеристик таких как зольность, влажность»
— рассказывает Юрий Геннадиевич.
А вот о традиционных климатических сибирских ограничениях здесь говорить не приходится — всё-таки земли и вправду южные, так что добыча ведётся круглосуточно, и в дождь, и условиях низких температур.

Отдельная сложность — это подземные водоносные горизонты. Как рассказал Юрий Андреев, этот фактор вносит свои корректировки в части ведения горных работ.
«Но для этого работает особый участок, который занимается не только водоотведением, но и дальнейшей очисткой подземных вод на очистных сооружениях»
— комментирует Юрий Геннадиевич.
На смотровой площадке работники разреза демонстрируют нам и огибающую территорию объекта трубу, и сами очистные сооружения. Специалисты с гордостью отмечают, что систему эту по многим параметрам можно назвать уникальной. А ещё объясняют: главное — это очистить воду от продуктов взрыва, ведь это многочисленные химические реакции. Элементы накапливаются в породе, а оттуда попадают в воду — отсюда и потребность в очистке.

В целом же, угольный разрез — это далеко не химзавод: даже проливов масла теперь уже нет. Самосвалы, за которыми тянется угольный след, — это что-то из прошлого.

Дрессировщики автогигантов
Без самосвалов, конечно же, не обойтись на транспортировании горной массы. Даже, пожалуй, так: ни один российский угольный разрез не работает без БЕЛАЗов.

Со смотровой эти гиганты казались игрушечными, а вблизи это, конечно, настоящий автомонстр. А вот маневренными и послушными они выглядят с любой точки. Вот огромная машины подъезжает к экскаватору, выстраивается точно — чуть ли не по сантиметрам, вот практически грациозно отъезжает с грузом породы.

Работники смеются: «Операторы у нас опытные! А так, уметь, конечно, надо!».
Мы, конечно, не могли не обратить внимания на раскрашенный в триколор шагающий экскаватор. Правда, назвать эту технику отечественной можно только с оговоркой: создал её Новокраматорский машиностроительный завод, УССР.

На фоне новой импортной техники этот ветеран-гигант, конечно, смотрится необычно.

Руслан Мухамедяров объясняет: эта машина ещё ни один год проработает. Техника эта практически полностью восстанавливаемая, к тому же с большим запасом прочности.
Себестоимость вскрыши при работе данным видом экскаватора в разы ниже, чем при транспортировке автосамосвалами.

Кстати, о размерах. Поскольку ВБР постоянно наращивает объёмы добычи, инвестиционные вложения направлены на приобретение более производительной техники, с большей грузоподъёмностью.

На участке, который мы посетили, подтверждённые запасы — 125 млн тонн. Если добывать по 4 млн тонн, как планируют специалисты компании, хватит ещё на 30 лет.

Получается, что возраст предприятия вполне сопоставим с человеческим, а в этом году разрез отмечает своё 20-летие.

В первые годы разрез начинал с 25-тонных БЕЛАЗов, сегодня это уже машины, которые «тянут» 130-220 тонн. Дальнейшие планы — также увеличить грузоподъёмность. 130-тонные БЕЛАЗы, приобретённые в 2008-2009 годах, постепенно сменяют 220-тонники.

«Конечно же, у БЕЛАЗов сегодня есть конкуренты на рынке: представлены и американские, и японские, и китайские самосвалы.
Но мы всё-таки выделяем «белорусов» по удачному соотношению цены и качества. Особенно я бы отметил 130-тонники, с которыми мы пока активно работаем: очень удачная модель, в части эксплуатации и ремонта.
Из конструктивных особенностей можно отметить заднюю подвеску БЕЛАЗов — она обеспечивает отличные эксплуатационные характеристики»,

— делится мнением начальник участка горных работ ООО «Восточно-Бейский разрез» Руслан Мухамедяров.
Стоя рядом с БЕЛАЗом, мы в очередной раз поразились размерам колёс этих гигантов: человек может успешно фотографироваться на их фоне и казаться миниатюрным. Специалисты различных предприятий, с которыми нам довелось общаться, не раз рассказывали о специфике работы с этими огромными покрышками.

Для их замены нужны специальные колёсосъёмники, утилизация КГШ — отдельная большая проблема. Да ещё и Руслан Мухамедяров подлил масла в огонь, напомнив, что стоимость такого колеса исчисляется сотнями тысяч рублей.

Поэтому стремление продлить срок
работы крупно-габаритных шин — явление закономерное: этот показатель напрямую влияет на экономику и экологию. Специалисты ВБР поделились лайфхаком.
«На продолжительность срока службы шины влияют множество факторов. Один из важнейших — это давление. Оно должно быть оптимальным весь срок службы. Если оно выше или ниже рекомендованного, шина изнашивается заметно быстрее. Чтобы регулировать этот параметр, на машинах установлена система контроля давления»

— рассказывает Руслан Мухамедяров.
По рации наш провожатый просит оператора остановить самосвал и демонстрирует установленные непосредственно на колесе датчики — ударопрочные, вибростойкие, с внутренним элементом питания. Они постоянно измеряют давление и температуру в шине.

Каждые 7 секунд данные передаются на монитор в кабине водителя. Если есть отклонения от заданных параметров, система подаёт сигнал. Для оператора при установке провели инструктаж, хотя система, в целом, интуитивно понятна.

Датчики PressurePro на колесе самосвала с установленными на них защитами.
«Вы даже не представляете, как это удобно, как эта система облегчила нам жизнь! Раньше ведь приходилось выходить из кабины да манометром мерить, сопоставлять. А теперь — мониторчик в салоне, вся информация под рукой»

— говорит оператор БЕЛАЗа.
Монитор PressurePro поколения M в кабине самосвала транслирует информацию по давлению в каждом колесе в режиме реального времени
Такую систему на технике ВБР установила компания Tyreman Group. Помимо удобства оператора имеются и достижения, которые можно измерить в рублях: ходимость шины выросла на 20%.